Александр Кушнир «Аквариум. Геометрия хаоса»

Недостатка в книгах о группе «Аквариум» нет, но ракурс в каждой из них далек от золотой середины. Мемуары бывших музыкантов коллектива Севы Гаккеля («Аквариум как способ ухода за теннисным кортом») и Дюши Романова «История Аквариума. Книга флейтиста», равно, как и воспоминания мамы БГ грешат вопиющей пристрастностью - в ту или иную сторону. А труд «Борис Гребенщиков словами Гребенщикова», напротив, подчёркнуто безличностен. Давно назрела нужда в ярком панорамном труде, делящем историю группы на несколько этапов и создающем объемные портреты не только БГ, но и его попутчиков.

Кому, как ни Александру Кушниру было осуществлять эту миссию! Как-никак, он работал с «Аквариумом» в качестве пресс-атташе и даже писал сопроводительные тексты к дискам в одной из юбилейных антологий команды. Подступался к монографии критик поэтапно. Сначала выходили в свет его книги о Сергее Курехине и Майке Науменко, некоторые события которых осень тесно соприкасалась с «аквариумовской» истории. Эти наработки и были использованы в книге «Геометрия хаоса».

Но главным козырем монографии все же стали не эти пересечения, а многочисленные интервью, взятые Александром Кушниром, начиная с 90-х, не только у БГ и Курехина, но и у многих других участников «Аквариума», а также у легендарного Андрея Тропилло. Специально для книги записывались новые беседы, в которых внёс свою лепту и Гребенщиков. Однако окончательный результат автор у своего героя не утверждал, поэтому это все же не авторизованная биография, хотя Александр Кушнир и двигался в этом направлении.

Это книга именно про «Аквариум», а не о его зачинателе. Но заканчивается она не нашим днём, а концом 90х, когда Борис Гребенщиков (признан иноагентом Миюстом РФ) не в первый уж раз распустил «Аквариум», отправившись в США записывать сольный альбом «Лилит» с музыкантами Боба Дилана после этого Аквариум хоть и вернулся, но, по мнению Кушнира, эта формация была максимально далёкой от первоначальной идеи и представляла собой скорее БГ+, нежели сплочённую команду. В принципе, события последних полутора лет косвенно доказали его правоту…

Начинает же Александр Кушнир всё-таки не момента основания «Аквариума», а с рождения его идеолога. Уделяется внимание и родителям с дедушками и бабушками Бориса Борисовича. Семья у него была не очень дружной, и в песнях Вертинского и песнях западных рокеров он искал ту идеализированную реальность, которая смогла бы стать для него надёжным убежищем от наступающей со всех сторон бытовухи. Такой же идеей стал для него и «Аквариум», и, вероятно, поэтому первые записи и концерты группы были предельно далеки от эталонности в ее общепринятом понимании.

Когда дело доходит до первых канонических альбомов «Аквариума» и больших концертов начала 80-х, все ждёшь, что ситуация кардинально поменяется, но по книге этот качественный скачок абсолютно не виден. Складывается впечатление, что в группе никто толком не умел не играть, ни петь, ни записываться да и отношения между музыкантами были предельно далеки от братских. Особенно захватывают баталии между БГ и Курехиным, который в силу своего блестящего профессионализма, смотрел на коллег свысока и окончательно разобиделся, когда патрон имел неосторожность назвать его в интервью СВОИМ клавишником.

Читая описания «аквариумовских» альбомов в книге, нет-нет, да и ловишь себя на мысли, что ты и Кушнир слушали каким-то непостижимым образом абсолютно разные записи. Автор строг даже к таким этапным работам как «Табу», не говоря уж о мелодиевском «Равноденствии», о котором буквально не остаётся камня на камне. Однозначно позитивно Александр Кушнир оценивает пожалуй только «День серебра» и «Русский альбом» - да и то последний из них принадлежит БГ-бэнду. Трудно согласиться с утверждением по поводу барочно пышной «Гипербореи», о которой сказано, что поклонников у этого альбома якобы нет вообще (встречались - и не раз, а Евгений Федоров из Tequilajazzz великолепно перепел для одного из трибьютов «Аквариуму» «Быстрый светлый» из «Гипербореи»). Сгоряча Александр Кушнир утверждает, что песни оттуда никогда не исполнялись на концертах, хотя «Я знаю места» присутствует на концертнике «Сезон для змей» и исполнялся вживую позже.

Математик Александр Кушнир довольно педантично препарирует религиозные воззрения математика Бориса Гребенщикова. Интерес музыканта к чудотворным иконам критик объясняет влиянием коллекционера Александра Липницкого. А интерес БГ к православным практикам обосновывается тесным общением с мультиинструменталистом Олегом Сакмаровым, лихо сочетавшим христианскую аскезу с интересом к женскому полу и определенным веществам.

Из подобных противоречий состоит и понятие «Геометрия хаоса». Исходя из оптики Александра Кушнира, более удачного определения для сути группы и не придумаешь. И здесь важен не только текст как таковой, но и роскошное бумажное издание со всеми его обильными фотоматериалами, собственноручно написанной БГ историей «Аквариума» и автографом посвященной Курехину текста песни «Капитан Белый Снег».