Эстонская инквизиция вновь терзает русский язык

Директор Языковой инспекции намерен обязать чиновников говорить только на эстонском

В странах так называемого западного «санитарного кордона» вокруг России русофобия может использоваться не только в качестве политического ресурса для мобилизации националистически настроенного электората, но и для получения непосредственной денежной прибыли. Это фактически подтвердил на днях директор Языковой инспекции Эстонии Ильмар Томуск. Этот чиновник предложил очередной «сравнительно честный способ» заработать на русскоязычной общине страны в условиях экономического кризиса. По его словам, многие высокие государственные чиновники общаются с народом не на эстонском, а на русском языке. Как считает Ильмар Томуск, особенно «бросается в глаза то, что в русскоязычных телепередачах чиновники дают интервью на русском языке». Что, по его мнению, совершенно недопустимо и каким-то образом оскорбляет чувства носителей эстонского языка.

А поскольку любой чиновник в любой ситуации, по мнению господина Томуска, представляет государство, то он предложил запретить им публично выражать свои мысли на каком-либо ином языке, кроме эстонского. И выступил с инициативой включить в закон о языке поправку, что государственные чиновники должны использовать в общении с народом только государственный язык. Надо сказать, что абсурдный и из ряда вон выходящий характер подобных предписаний был негативно воспринят даже со стороны ряда достаточно ангажированных западных правозащитных организаций, таких, например, как Amnesty International. Последняя подвергла работу языковой инспекции критике и назвала ее «карательным органом».

Однако эстонские власти, прославившиеся на ниве осквернения воинских захоронений и разгона мирных граждан, уже давно научились игнорировать подобные ритуальные сетования западных правозащитников. Так что нашим соотечественникам, проживающим в Эстонии, по всей видимости, следует ожидать очередной волны в рамках кампании по насильственной русификации эстонских неграждан. Если, конечно, российское руководство не проявит на этот раз твердость в отстаивании их законных прав.

Деятельность Языковой инспекции Эстонии в эксклюзивном интервью KMnews прокомментировал председатель Конституционной партии Эстонии Андрей Заренков:

- Мы в Эстонии называем этот орган «языковой инквизицией». Официально на него возложена обязанность обеспечить сохранение эстонского языка как одного из языков мира. Эта цель понятна, и оспаривать ее никто не может и не должен. Другое дело, что способы достижения этой достаточно благородной цели иначе как преступными назвать сложно. Потому что языковая инспекция преследует, в первую очередь, русских людей, которые могут легко потерять работу по наветам или прямым угрозам в адрес работодателя со стороны инспекции. И это, к сожалению, является на сегодняшний день весьма распространенной практикой. Кстати говоря, проводя свои акции устрашения, языковые инквизиторы выбрали наименее защищенные слои населения - это учителя русских школ. Вы можете себе представить абсурдность ситуации, когда русскому человеку историю или ботанику преподают на эстонском языке? Говорить о качестве такого образования, конечно, уже не приходится.

Далее идут вещи уже просто совершенно анекдотического характера. Так, например, радетели за чистоту эстонского языка придумали новое требование: чтобы названия на иностранных языках переводились на эстонский. Например, по-эстонски банк пишется как pank. Это значит, что в Эстонии все банки должны быть pankами. Это звучит смешно и для иностранных бизнесменов, когда New York Bank превращается в New York Pank. А некоторых заявителей, которые обращаются в языковую инспекцию, оскорбляет то, что надписи на вагонах зачастую делаются не на эстонском языке. Они требуют переводить на эстонский язык даже такие названия, как Trans Oil или «Нефтегаз». И языковая инспекция проверяет, чтобы соответствующие наклейки рядом были сделаны. Складывается такое впечатление, что эти люди просто не в курсе того, что существуют определенные правила международных перевозок. Это уже крайняя степень маразма и глупости.

Хотя понять такой шаг можно - с чисто экономической точки зрения. Доходы бюджета в условиях кризиса стремительно тают, и руководители таких не самых важных организаций пытаются продемонстрировать свою нужность и полезность для государства. На самом деле запрещение давать интервью на всех языках кроме государственного - это уже циничное нарушение свободы слова. Потому что человек должен иметь право говорить на том языке, на котором ему удобнее разговаривать с данным конкретным индивидуумом. Получается, что государство сейчас заставляет людей между собой разговаривать не на том языке, который им понятен, а на том, который является государственным. То есть даже если клиент хочет разговаривать на русском, чиновник должен отвечать ему на эстонском.

В противном случае инспектор может настучать (простите, написать заявление) работодателю с требованием выплатить штраф. Наверное, они думают, что эти штрафы могут спасти эстонскую экономику как главная антикризисная мера. Благодаря таким методам сам эстонский язык становится все более и более неприемлемым для населения Эстонии. Его начинают просто не любить. Потому что, как говорится, «насильно мил не будешь».