«Янукович сделал для незалежности больше, чем все «оранжевые»

Российско-украинские договоренности, действительно, представляют прорыв в двусторонних отношениях

Последние российско-украинские договоренности, действительно, представляют прорыв в двусторонних отношениях. Для начала надо отдать должное Януковичу, который пока ведет себя гораздо более решительно и последовательно, чем от него кто-либо ожидал. Потому что, несмотря на те ограничения, которые существуют для его правительства, являющегося, по сути, результатом кланового сговора, он гнет свою линию и в кадровом, и в политическом смыслах.

С другой стороны, считать понижение цен на газ такой уж уступкой России я бы не стал. По текущему году еще можно говорить о каких-то уступках Украине, потому что некоторое время нам еще можно было бы держать высокую цену на газ, при этом Украина резко уменьшает объемы газового забора. А поскольку мы не берем с нее штрафы, то все это тоже убытки. Хотя для Украины, конечно, критически важны те краткосрочные возможности, которые предоставляет этот договор. Поскольку ее финансовое и экономическое состояние остается крайне тяжелым.

'''Не представляю себе руководителя России, который принял бы решение покинуть Севастополь без боя'''

Но если рассматривать это как долгосрочное соглашение, да еще и привязанное к флоту, то, конечно, никакая это не уступка с нашей стороны. Достаточно посмотреть, что происходит на спотовом рынке газа, чтобы понять, что цены летят вниз. И никаких оснований ожидать, что они поднимутся вверх в среднесрочной и долгосрочной перспективе, нет. А появление сланцевого газа на рынке вообще создает колоссальные проблемы для России в целом и для «Газпрома» в частности. Даже без учета темы флота такого рода соглашения не дают основания для утверждений о победе Януковича. Но дальше начинаются некоторые «но». Хотелось бы заметить такую вещь.

Мне кажется, что президент Украины, подписав это соглашение, сделал для украинской незалежности в сто раз больше, чем все «оранжевые» вместе взятые. Дело в том, что вопрос о флоте висел над украинской государственностью, поскольку они сами его подвесили. Его нужно было решать уже сейчас. Оставшиеся семь лет - это очень мало. Перебазировать флот некуда. С другой стороны, кто бы что ни говорил, я не представляю себе политического руководителя России, который бы сам принял решение покинуть Севастополь без боя. В прямом и переносном смысле слова. Может быть, кто-то бы это и сделал, но только в этот момент он перестал бы быть руководителем России. Это невозможно сделать, будучи российским лидером. Таким образом, в повестке дня встало бы решение вопроса с Украиной вообще. И вот этот «бой» вполне мог бы стать последним для Украины.

'''Унизительно, когда присутствие российского флота в Севастополе определяется наличием газовых скидок'''

Сейчас острота вопроса как бы снята. И можно дальше предаваться разговорам о взаимовыгодном сотрудничестве, налаживанию связей и так далее. А вопрос реинтеграции страны, воссоединения естественноисторического пространства, народа, экономики отложен. Притом что, конечно, положение флота в арендованном Севастополе ненормально. Как и вся ситуация в принципе. И этот договор консервирует эту ненормальность. Потому что ни Черноморский флот, ни Россия в целом не могут нормально развиваться, когда пребывание флота в Севастополе зависит от договора кого-то с кем-то. Это само по себе абсурдно. Флот должен быть в Севастополе не на основании договора, а потому, что он там должен находиться навсегда. Вне зависимости от того, кто «снаружи» этого хочет или не хочет. Это естественное, абсолютно органичное и нормальное положение дел. Все остальное является ненормальным. Никаких проблем разрушить этот договор (если внутриполитическая или внешнеполитическая конъюнктура на Украине или в России как-то изменится) нет. Это унизительно, когда присутствие российского флота в Севастополе определяется наличием газовых скидок. Может быть, мой пафос даже совсем неуместен, если рассматривать это соглашение не как стратегическую победу, а как некий тактический шаг на пути последовательной реинтеграции, который если не решает каких-то принципиальных вопросов, то, во всяком случае, дает нам фору во времени.

Если исходить из стратегии военно-политической реинтеграции постсоветского пространства (в первую очередь России и Украины), то тогда с этим договором нас можно поздравить. Вопрос о газотранспортном консорциуме не поднимался в числе условий заключения этого договора, но он все равно фигурирует. Интересен нам этот проект или нет - вопрос, конечно, сложный. Я, конечно, не уверен, что мою позицию разделяет политическое руководство, но с моей точки зрения, для нас это не судьбоносно. Должны быть более конкретные и ясные стимулы и факторы, которые заставят нас согласиться на тот или иной вариант участия в таком консорциуме. А при прочих равных это для нас спорный вопрос. По разным причинам. В том числе с точки зрения перспектив ухудшения газового рынка.