Иранская ядерная программа будет свернута. Или не будет

Лозанское соглашение заключено таким образом, что, по сути, ни Иран, ни США ни к чему не обязывает

Новость о том, что Иран по итогам не самых простых переговоров согласился «свернуть» ядерную программу в обмен на отмену санкций моментально разнеслась по политически заряженной блогосфере. С полярными (что понятно) комментариями от экспертного сообщества и «пикейных жилетов».

Причем сторонников тезиса «Тегеран прогнулся» с оппонентами, констатирующими, что это, наоборот «Тегеран нагнул» роднит общее недоумение - исход этой многолетней драматической битвы гордого исламского государства с «растленным Западом» оказался таким простым, что кажется запоздалой первоапрельской шуткой.

Но нет. Сомневающихся тут же накрыло второй новостной волной: Евросоюз и США действительно готовят отмену санкций после какого-то там мониторинга.

А Израиль устами министра по международным и стратегическим вопросам и делам разведки Юваля Штайница уже выразил глубокое разочарование: «Улыбки в Лозанне оторваны от безотрадной реальности, в которой Иран отказывается идти на какие-либо уступки по ядерному досье, и продолжает угрожать Израилю и всем остальным странам на Ближнем Востоке», - приводят реакцию высокопоставленного чиновника СМИ.

Однако, было бы действительно скучно жить, если бы все действительно было так просто.

Санкции, подобно лишним килограммам, приходят легко, а вот избавиться от них... Смотрим внимательно суть заключенного соглашения - так и есть, о немедленной и первоочередной отмене санкций речи не идет. Лишь по факту проведенного мониторинга бюрократами МАГАТЭ. Там же цепляемся за цифру - 10 лет. Этот тот срок, в который Тегеран, собственно, должен полностью выполнить взятые на себя обязательства.

Ликующие иранцы как-то упустили эту деталь. Или не осознали. Равно как и наши «всепропальщики».

Случайно ли замглавы российского МИДа Сергей Рябков призвал США и Евросоюз немедленно приступить к проработке процедуры вывода Ирана из под санкций? Позиция России тут, понятно, проиранская: отменяете односторонние санкции и далее уже мониторьте, как Тегеран собственноручно себя обезоруживает.

Но не напрасно ли надеемся, что Запад не знает настоящей цены лозанской договоренности?

В беседе с обозревателем KM.RU политолог, доцент кафедры теории и истории международных отношений факультета международных отношений СпбГУ Александр Сотниченко отметил, что говорить о «прогибе» Тегерана вовсе не приходится:

- Я наблюдал за ходом этих переговоров и уже в их процессе сделал вывод, что стороны, очевидно, не придут к полному согласию: слишком различны их цели. Американцам было принципиально важно полностью прекратить иранскую ядерную программу и, таким образом, выполнить определенные обязательства перед Израилем. Иран же стремился к полному снятию с себя западных санкций.

По итогам переговоров мы «в сухом остатке» имеем следующее: стороны договорились «обо всем и ни о чем». Поясню. Санкции с Тегерана будут сняты в течение десяти лет, в течении этого же срока он выведет из эксплуатации большую часть мощностей и вывезет высокообогащенный уран.

Но что такое эти десять лет? На практике это означает, что процессы эти растянутся на неопределенное время. И именно это обстоятельство позволяет нам говорить о том, что данное соглашение было заключено, как говорится, «для отвода глаз». Когда вроде бы достигнутые договоренности ни одну из сторон, в конечном счете, ни к чему не обязывают.

Однако из самого события и Вашингтон и Тегеран извлекут максимум выгоды. Напомню, Рухани обещал своим избирателям во что бы то ни стало добиться отмены санкций. Именно под такими лозунгами он пришел к власти. Теперь он может с гордостью отчитаться о достигнутой принципиальной договоренности с Западом по этому поводу.

А когда и на каких условиях - уже не так существенно, поскольку о полном и немедленном сворачивании ядерной программы (которая на настоящий момент является подлинной национальной идеей для этой страны) речи не идет.

Равно и Обама теперь может отчитаться перед своими гражданами, что США наконец-то удалось решить этот больной вопрос в выгодном для себя свете, а именно добиться от Тегерана принципиального согласия на сворачивание ядерной программы. Да, не немедленно, но «первый шаг сделан», Иран «сломлен» и в том же духе.

Таким образом, говоря о значении случившегося события, мы можем констатировать, что лежит оно в области не политики, а пиара. По сути же оно ничего толком и не меняет.